Прошлая жизнь

Беларусь — страна контрастов. Часть IV.

Это заключительный пост из тетралогии об ощущениях, которые образовались при пересечении Беларуси с транзитными целями. Из-за краткосрочности пребывания, а так же неадекватного восприятия действительности он, равно как и три его предшественника основан на личном субъективном мнении чуть более чем полностью. В связи с этим может содержать недостоверные факты как об управленческом гении Бацьки всея Беларуси, так и о невыносимой жизни под гнетом последнего европейского диктатора. Говоря другими словами, я просто мимо проезжал. Это был типа дисклэймер.

Предыдущие части: Один, Два, Три.

После смачного шлепка шайтан-коробки об асфальт, внутренний голос намекнул мне, что таки Бацька дождался своих сто евро, после чего противненько захихикал.

Но тут ситуация приобрела неожиданный поворот.

Будучи дохлым все время нашего путешествия, этот кусок пластмассы вдруг ожил, разродившись победным «пик-пик».

У меня натурально отвисла челюсть.

Я так и не понял, что конкретно случилось. Возможно, от удара батарейка, или что там питает это белорусское несчастье, встала на место. Или же хамоватая техподдержка шота наклацала, но так или иначе все завертелось.

Я, кстати, склоняюсь к той мысли, что мне эту коробочку, впопыхах выданную в обеденный перерыв, просто не активировали. Потому как все то время, что я выслушивал упреки о том, что я не умею пользоваться гениальнейшим изобретением, я на фоне слышал цоканье клавиатуры. Тот у кого в нулевых была клава «Chikony» звук ее клавиш не спутает ни с чем. Но это все лирика.

Мы продолжили намотку дорог Республики Беларусь на колеса с удвоенной силой, ибо потеря времени грозила ездой в темноте, что я не сильно люблю. Я отлично вижу даже в кромешной тьме, для того чтобы передвигаться мне достаточно слабого источника света, а количество альтернативно одаренных с неправильно настроенными фарами, или тех кто любит врубить дальний свет, а тож ему не видно, сильно утомляют.

И уже под следующей рамкой мы сильно пожалели, что этот тамагочи ожил. Как внезапно оказалось, звук там не регулируется от слова никак, и в салоне с закрытыми стеклами можно сильно обрадоваться каждому его «пик-пику».

Дальше потянулись уже знакомые пейзажи, коровы, фигуры из тюков сена. Ничего из ряда вон выходящего, за исключением деревень построенных с нуля в чистом поле. Стоят, парадно сверкая, десять домиков из белого силикатного кирпича с зеленой крышей, водонапорная башня, клуб и коровник. Чистота и новизна этих построек резала глаз. Такое впечатление, что мы провалились в какой-то портал или попали петлю времени и выехали в Черниговской области Украины лет так пятьдесят тому назад. Все то же самое, но чистое и новое, вместо уваленного и обветшалого.

За всю Беларусь нам не встретился ни один экипаж ГАИ. Не знаю почему так. Может они сильно хорошо замаскировались под какими-нибудь кустами, но продавцы полосатых палочек остались для нас чем-то эфемерным. Но оно и к лучшему, я так себе мыслю.

Часто встречающиеся заправки намекали на то, что территория Беларуси собиралась вот-вот закончиться, и хорошо бы было что-то перекусить, наконец. Не то, чтобы мы совсем не могли без еды, но чо там впереди нас ждет пока не ясно, а принимать неизведанное лучше сытым. И тут мы заметили надпись «Пицца» в окне одного из призаправочных заведений.

Ну пицца, так пицца. Все ж лучше, чем ничего.

Из всего разнообразия пицц в свободном доступе оказалась лишь пицца с таинственным названием «по-Американски». Мы шиканули и заказали большую и чота там попить. Тетя огласила какую-то длинную сумму в рублях, я протянул ей карточку. Она отошла от кассы и, упершись в меня взглядом, попыталась испепелить мою карточку, а заодно и меня.

Дуэль взглядов продолжалась секунд тридцать. Затем тетя изрекла: «Вы что не видите, что тут салфетки стоят?» Фраза поставила меня в тупик. Я опустил глаза на стойку и да, действительно перед кассой стоял держатель с салфетками.

«И что? Салфетки вижу, а что не так?», — осторожно спросил я.

«Это значит, что машинка для карточек не работает. Что не понятного?», — процедила сквозь зубы тетя и убрала подсалфетник. Под ним оказалась наклейка, утверждающая, что здесь можно рассчитаться визой или мастеркардом.

«В жизни бы не догадался», — пронеслось у меня в голове. Придется таки искать обменник. Но тетя тут же заверила нас, что ближайший функционирующий обменник где-то за границей Беларуси, а местные не работают ибо вечер кагбе за окном.

Это уже было дело принципа. Я хочу, нет, просто горю желанием отведать пиццу «по-Американски»! И вы меня не остановите!

Вступив в преступный сговор с заправщиком я дал ему 20 долларов, он из своего кошелька положил в кассу белорусских рублей, а мне заправил скока-та там топлива, за вычетом суммы стоимости заказа у сердитой тети.

Получив свои рубли тетя гордо хлопнула кассой и приказала ждать.

Пока готовили пиццу, мы пялились в экран телевизора, по которому передавали новости. У Бацьки машина обоснования, почему в Беларуси жить хорошо, работала как часы. С одной стороны шел репортаж о том, что происходило в (на) Украине. Потом шел репортаж о том, что свеженького в России. Этому всему уделялось по паре-тройке минут. А затем пятнацатиминутный вброс, где Бацька на тракторе перетрахывает очередных раздолбаев из чиновников, которые жмутся к стене и сейчас вот-вот описаются. Ну или как-то так. Телик шел без звука, так шо может там и про другое говорилось, но вот такое ощущение осталось от новостей.

Кстати сказать, в чем существенная разница белорусов от украинцев на то время?

Белорусам политика была до жопы. Ваще. Их ваще не парило, че там и где происходит. Из мимолетом услышанного в разговорах, их заботило все, от цены на колбасу до лунного трактора, окромя политики.

И второе, это то, что они были на несколько порядков счастливее. Это не сиюминутное счастье, когда выиграл в лотерею, или купил новый телевизор. Нет, они были намного счастливее в общем. Даже не знаю, как описать словами. Украинцы на тот момент представляли собою озлобленных или испуганных людей. Ну не считая отмороженных. Про улыбку незнакомцу речь не шла ваще. Любая случайность типа неосторожно зацепил кого-то при ходьбе, грозила перерасти в драку.

С белорусами все было кардинально иначе. Милые, добрые, отзывчивые, открытые люди. Хоть до раны прикладывай.

И тут принесли пиццу.

Я по внешнему виду как то сразу понял, шо есть неиллюзорная вероятность того, что когда шота идет не так, это не значит, что мне не везет и надо педалировать этот процесс. Это кто-то хочет меня от чего-то оградить, поэтому надо плыть по течению изменившихся обстоятельств. Но все-таки я решил попробовать принесенный кулинарный шедевр по-американски. Хотя бы из спортивного интереса.

Там, под слоем сыра, помимо томатной пасты оказалась квашеная капуста, лук и кукуруза. Остальное я не смог идентифицировать. Капуста потекла и размочила корж, так что понять, что это было за тесто, уже не представлялось возможным. Я не осилил.

Я честно старался, но не додавил и третей части.

Всю дальнейшую дорогу до границы я раздумывал над тем, почему если котику еда не нравится, он будет голодный, но к миске не притронется, и зачем я пробовал отэто?

До встречи с Чарли оставалось еще несколько лет, так что даже не с кем было обсудить начинку из пиццы «По-Американски».

Кликни на котика, чтобы его покормить.
Tags

Related Articles

Close
Close